cheralpa

06:55 pm - А, В, С или D?

A. Мышление целиком и полностью является вычислением. В частности, ощущение осознания (feeling of conscious awareness) вызывается просто выполнением соответствующих вычислений.

B. Сознание есть один из результатов физического действия мозга. Любое физическое действие может быть вычислительно смоделировано. Однако само по себе вычислительное моделирование не может вызвать осознание.

C. Определенное физическое действие мозга вызывает осознание. Однако это физическое действие не может быть вычислительно смоделировано ни в каком разумном смысле.

D. Сознание невозможно объяснить ни в рамках физики, ни в рамках теории вычислений, ни вообще в рамках науки.


 

06:19 pm - Долгое эхо

В  543 году специальным эдиктом Юстиниана и местным Константинопольским собором был осужден Ориген; в 869 году  трихотомия «дух-душа-тело» была заменена дихотомией «душа-тело» на Восьмом Вселенском Соборе в Константинополе.

"Отмеченные симптомы суть первофеномены европейской истории, без которых оказались бы «невозможными» не только Ньютон–Кант–Ласк, но и любое ad libitum событие культурного ранга. Радиация этих точек простирается до наших дней, образуя горизонт западной ментальности со вписанными в него различными «эпистемами» и «парадигмами»",  - К. Свасьян. "Становление европейской науки".

Далее осталось выпестовать парадигму "тело и только тело", ну или "тело и аппендикс души".

10:51 am - ...

Обнаружив себя в тупике, он задумался, какой мебелью его лучше обставить.

10:30 am - Понравилось

«Лучшим в религии является то, что она порождает еретиков»

Фридрих Геббель

05:03 pm - О якобы произвольности физических теорий

Когда я слышу утверждения вроде: "физические теории в некотором смысле произвольны" и "Когда физик говорит, что теория верна, он не имеет в виду, что в реальном мире действительно есть какие-то электроны. Он имеет в виду, что объяснения происходящего в реальном мире и его наблюдения таковы, как если бы электроны были" сразу хочется напомнить о таком вот событии:
 
...когда в 1819 году Френель докладывал во Французской академии свою волновую теорию света, встал Пуассон и заявил, что, согласно этой теории, в середине тени от круглого экрана или шарика должно быть светлое пятно. На другой день Френель и Араго доложили: есть светлое пятно (оно называется пятном Пуассона в честь того, что он мгновенно, в уме решил эту задачу). Это никак не следовало из предшествующих наблюдений и представляет собой пример исключительно нетривиального теоретического предсказания. (С. Илларионов. Общие проблемы теории познания. Структура науки).

Явления и законы природы не есть произвольная фикция, это реальность, вполне доступная нашему познанию.

Как и ценности, кстати :)

10:22 am - Кстати

Спасибо абсолютно всем, кто не поленился написать комменты к моему недавнему посту о Мизесе. Особенно alex_k 
Кое-что я для себя уяснил лучше, хотя в принципе мой скепсис по отношению к "априорной праксеологии" не уменьшился.

Просто сам "априорный подход", основанный на методологическом дуализме, когда утверждается, что "ценностные суждения произвольны" и "относительно них не может быть никакой проблемы истинности или ложности" (см. Теория и история) представляется мне очевидным заблуждением. А у Мизеса на этом суждении строится вся праксеология.

Кстати, вопрос для поклонников и знатоков Мизеса: какое из этих двух суждений ценностное:

"Я люблю N" или
"Любовь - высшая ценность" ? )))

10:32 pm - Хайек vs Мизес

"...существует утверждение Мизеса, что экономической теории (в отличие от истории) присущ чисто дедуктивный характер, что она является исключительно априорной наукой, не требующей эмпирического подтверждения своим выводам.
Ясно, что Хайеку было нелегко принять эту позицию, и временами он доказывал, что позиция Мизеса на деле более умеренная, а порой он просто дистанцировался от своего наставника. Во вторичной литературе можно встретить обсуждение вопроса, представляла собой или нет опубликованная в 1937 году плодотворная статья Хайека "Экономическая теория и знание" решительный отход от Мизеса в пользу "фальсификационного" подхода Поппера, в соответствии с которым эмпирические свидетельства могут быть использованы для того, чтобы фальсифицировать теорию (но не для того, чтобы с помощью индукции верифицировать ее). <...> Эта статья утверждает, что в то время как экономический анализ индивидуального действия может быть строго априорным, изучение межличностного обмена требует эмпирических предположений о процессе обучения и о передаче
знания. Сам Хайек сообщает, что начиная с 1937 года "данный автор, сначала почти не отдававший себе отчета, что он просто развивает заброшенную часть менгеровской традиции, утверждал -- <оспаривая "крайний априоризм" Мизеса> -- что хотя и в самом деле чистая логика выбора, с помощью которой австрийская теория истолковывает индивидуальные действия, является чисто дедуктивной, но как только объяснению подпадает межличностная активность рынка, решающими
оказываются процессы перемещения информации между людьми, то есть чисто эмпирические явления (Мизес никогда так и не ответил на эту критику, но уже не был готов перестраивать вполне завершенную к этому времени систему)".

Отсюда.

Про ценности тут ни слова, но сам сдвиг интереса Хайека от чистой "априорной праксеологии" к процессам перемещения информации между людьми (т. е. переход познания на более глубокий, чем чистая деятельность, уровень) не о том ли, о чем я, как мог, попытался рассуждать?

И ниже:

Хайек: Мне представляется, что основное в учении Мизеса это демонстрация того, что мы приняли свободу не потому, что осознали ее благодетельность; что мы "не изобрели и, конечно же, не были достаточно умны, чтобы изобрести тот строй жизни, который только сейчас начали слегка понимать... Человек выбрал его только в том смысле, что он научился предпочитать нечто уже существовавшее, а по мере улучшения понимания, он смог и усовершенствовать условия деятельности.

Все же по мере улучшения понимания, а не по мере осознания благодетельности свободы самой по себе. 

07:32 pm - Мизес об искажениях сверху, а также об искажениях снизу

Ну, наконец, в голове сформулировался главный пункт моего несогласия с Мизесом вообще, и с либертарианством ротбардианского толка в частности. Да-да, чтение "Философии свободы" Штайнера не прошло даром :) Заодно и между минархизмом и анархо-капитализмом определился.

Если в одной фразе попытаться выразить весь смысл праксеологии, он сведется к следующему утверждению (поправьте меня, если я не прав):

Свободный рынок позволяет людям максимально эффективно удовлетворять свои потребности и обеспечивает неискаженное развитие экономики, государственное вмешательство же искажает свободное распределение информации среди участников рынка и нарушает его (рынка) естественное развитие.

При этом Мизес начинает свой анализ экономики с того, что в качестве "конечной данности" для дальнейших рассуждений рассматривает деятельность людей (с чего, собственно, и берет начало само понятие "праксеологии"), вынося за скобки мысли, ценности и цели людей, которые он относит целиком к "субъективной", а следовательно, непознаваемой и не имеющей прямого отношения к делу, стороне действительности.

Однако, отказывая мышлению и миру человеческих ценностей в "объективном" значении, Мизес не замечает, что "свободный рынок" подвергается искажению не только сверху (со стороны государства), но и снизу - со стороны тех самых индивидуумов, которые стремятся жить по "коммунальным законам", метко описанным, в частности,  Александром Зиновьевым, на примере советского общества. Т. е. стремятся побольше потреблять, поменьше производя, если вкратце. И неизвестно, какое искажение в большей степени опасно для свободного рынка.

Заостряя мысль, можно утверждать, что свободный рынок возможен только для "сначала производителей, а потом потребителей", и никак не возможен в противном случае. Что в своем понятии "трудовой этики" отразил еще Макс Вебер.

Чем больше людей в обществе, которые хотят "сначала потреблять, а потом производить", тем неизбежней прессинг государства на свободный рынок как выражение потребностей и чаяний этих "потребителей".  Ну а если отменить прессинг государства, его заменит прессинг бандитов, вся разница.

Делаю для себя практический вывод: бороться с прессингом государства бесполезно, пока в обществе не появится критическая масса "производителей". И это только одна сторона вопроса, "производители" должны еще объединиться в общество совсем на другом принципе, а не на принципе "производительного альтруизма". А пока что борьба за элементарную "трудовую этику" на рабочем месте и дома куда более полезное действие, чем вся политическая суета (хотя и политика может быть таким же "честным производительным бизнесом"). 

В-общем, праксеология без нравственности - сухое дерево без корней.

Строго говоря, именно вследствие всех этих соображений я все же отдаю предпочтение минархизму перед анархо-капитализмом. И даже считаю, что далеко не каждое общество заслуживает "минархизма". Россия точно пока не доросла даже до минархизма.
 

10:58 am - Вопрос пишущим френдам

Уважаемые френды, есть ли среди Вас журналисты. пишущие о проблемах таможни? Или, может быть, есть выход на серьезных экспертов общероссийского уровня, которые могут весомо высказаться по таможенной проблематике?

10:21 pm - Бабушка

В конце 19 века, даже не знаю, в каком году, в киргиз-кайсацких степях случилось рядовое, наверное, событие: на порог русского дома (в казачьей станице) подбросили новорожденного казашонка. Ребятенка подобрали, выходили, нарекли Степаном. Это был мой прадед, а его дочь, моя бабушка, чисто внешне - вылитая казашка - умерла вчера в Минске в возрасте 91 года.
У нее  было пятеро детей, одна дочь умерла в младенчестве, другая - старшая, самая умная - в девяностых годах, три сына живы, умерла она на руках у младшего, моего дяди.
Ее муж, мой дед, умер еще тогда, когда мой отец учился в институте в Ленинграде, до моего рождения.
Одно время у бабушки был домик в Керчи, класса после шестого я ездил с матерью туда к ней на Черное и Азовское море сразу. Потом она перебралась в Минск к дочери и сыну.
Была она горбатенькая, всегда немноголовная, после смерти моего деда была один раз замужем, но потом с тем вторым мужем развелась, разделив пополам тот самый домик в Керчи. В Питере у нас была редко.
В Интернете есть казачий патриотический ресурс, где бывают выходцы из Пресногорьковки, станицы, где родился мой отец, откуда родом, насколько я знаю, была и бабушка. Фамилии деда (Воропаев) и бабушки (Шилова) там хорошо знают. Да там всего фамилий было несколько десятков на всю Пресногорьковку.
В станице была хорошая школа, где, наверное, училась моя бабушка. Школу ту построил перед революцией священник, собиравший деньги по всей стране, обращаясь с просьбами к богатым людям. Школу он построил, потом его - за это? - расстреляли красные. По воспоминаниям тетки, когда она училась после войны, в школе преподавали ссыльные, муж и жена, преподавали очень хорошо, трое детей закончили ВУЗы в Питере. Только младший сын, мой дядя, бабушкин любимец, ВУЗ не закончил, летал техником на самолетах.
Сейчас станица на территории Казахстана, никто из моих родных там давно уже не был. И я никогда не бывал. Что я еще знаю о бабушке? В общем, ничего. Виделись мы с ней нечасто.
Моя младшая, Марьяна, на фоне других детей выделяется своей смуглостью. Казахские гены?
Все там будем. "Младенца ль милого ласкаю, уже я думаю, прости - тебе я место уступаю, мне время тлеть, тебе цвести".
"И про отца родного своего мы зная все, не знаем ничего". Чего уж говорить о предыдущем поколении.
Вечная ей память.

09:37 pm - Предпоследние тайны

Маргарита Волошина рассказывает, как ей пришлось однажды знакомить в Париже Мережковских с Рудольфом Штейнером. «Когда мы с Максом рассказали им о присутствии Рудольфа Штейнера, они пожелали познакомиться с ним. Мы пригласили их вместе с другими русскими. Об этом вечере, который мог бы стать для нас праздником, я вспоминаю с ужасом, так как Мережковский явился с целым грузом предубеждений против Рудольфа Штейнера. Зинаида Гиппиус, восседая на диване, надменно лорнировала его как некий курьезный предмет. Сам Мережковский, очень возбужденный, устроил Штейнеру нечто вроде инквизиторского допроса. „Мы бедны, наги и жаждем, — восклицал он, — мы томимся по истине“. Но при этом было ясно, что они вовсе не чувствуют себя такими бедняками, а, напротив, убеждены, что владеют истиной. „Скажите нам последнюю тайну“, — кричал Мережковский, на что Штейнер ответил: „Не раньше, чем Вы скажете мне предпоследнюю“»

К. Свасьян, "Россия. Мысли вслух".

Ну а начинать лучше всего с самой первой.

Оттуда же:

«Запад прошел школу, а мы только плохо учились у Запада, тогда как нам нужно пройти ту же школу, что проходил Запад. Нам учиться всегда недосуг, вместо схоле у нас асхолия. За азбукою мы тотчас читаем последние известия в газетах, любим последние слова, решаем последние вопросы. Будто бы дети, но на школьной скамье, мы — недоросли. Такими родились — наша антиномия — от рождения, вернее, от крещения: крестились и крестимся по-византийски, азбуку выучили болгарскую, книжки читаем немецкие, пишем книжки без стиля» (Густав Шпет)

03:40 pm - Новый Чехов?

Интересное интервью. Даже захотелось посмотреть спектакль.

11:35 am - Критерий, однако

В пресс-релизе Главного управления МВД России по Северо-Западному федеральному округу буквально указано следующее: «Следственной частью при ГУ МВД России по СЗФО не допущено фактов вынесения оправдательных приговоров». Без комментариев.

Отсюда.

10:08 am - "Философия свободы" и соционика

Сразу оговорюсь, что все нижеизложенное может быть понято только при выполнении двух условий: А. Знакомства с моделью А Аушры Аугустинавичюте (открывшей соционику) и В. Знакомства с книгой "Философия свободы" Р. Штайнера. Изложенные соображения есть лишь попытка связать логику идей Р. Штайнера и логику образования типов, различающихся между собой по месту функций в модели А, не более того.

При чтении "Философии свободы" Штайнера возникло понимание, как образуются функции в модели А (Аушры Аугустинавичюте).

Мышление и восприятие.
Изначально наш поток жизни делится на две области: область мышления и область восприятий. Склонность к переживаниям в области мышления дает интуицию как сильную функцию, склонность к переживаниям в области восприятия дает сенсорику.
Таким образом мы получаем ту сильную функцию, которая будет располагаться в блоке "Эго". Согласно модели "А", если мы определим блок "Эго", состоящий из двух функций, мы получим представление о соционическом типе человека (всего их 16).
Субъект и объект.
В области восприятий мы находим разделение всех восприятий на субъекта (нас самих) и объекты. Склонность к деятельности полученной сильной функции в сфере субъективных восприятий дает нам интроверсию, склонность к деятельности полученной сильной функции в сфере объективных восприятий дает нам эктраверсию.
Таким образом мы уже получаем в качестве сильной функции не просто интуицию или сенсорику, а либо экстравертную, направленную на мир объектов, интуицию, либо интровертную интуицию, направленную на мир субъекта. Аналогично мы имеем либо экстравертную, направленную на мир объектов, сенсорику, или интровертную, направленную на мир субъекта, сенсорику.
Сразу надо оговориться, что в области мышления никакого разделения нет. Как я уже писал в другом посте, мышление находится "по ту сторону субъекта и объекта".
Далее наше разделение первоначального неделимого потока жизни касается субъекта и объекта.
Чувствование и воление.
Внутри субъекта мы находим два способа относиться к объектам.
Перенос объектов на субъект дает чувствование, перенос субъекта на объекты дает воление. Склонность к чувствованиям дает нам расположение полученной сильной функции в инертном блоке, склонность к волению дает нам расположение полученной сильной функции в контактном блоке. Таким образом мы находим месторасположение сильной функции в инертном или контактном блоке, то есть опредялем, первая она или вторая.
Теперь нам осталось определить, какая еще функция будет располагаться в блоке "Эго". По вертности она будет противоположна найденной сильной функции.
Мир субъектов и мир объектов.
Нам осталось провести разделение мира объектов. После проведенного анализа можно понять, что мир объектов самым очевидным образом делится на мир других субъектов и мир остальных объектов (не субъектов). Ориентация на мир других субъектов дает нам преобладание этики, ориентация на мир объектов - логики. Таким образом, склонность к тому или другому дает нам этика или логика. Мы определяем оставшуюся сильную функцию и можем сделать вывод о соционическом типе человека (организации характера его жизнедеятельности в мире).

Все вышеизложенное не имеет отношение к практической задаче определения соционического типа, а ставит цель показать, что разделение людей на соционические типы носит объективно-логический характер. Вот так ))

12:08 am - Понравилось понятие

Поволенное безволие.

Умыкнул у Свасьяна. Собственно, безволие может быть только поволенным.

08:00 pm - Две обособленные реальности (?)

"Рассудок и опыт демонстрируют нам две обособленные реальности: внешний мир физических, химических и физиологических явлений и внутренний мир мыслей, чувств, оценок и целеустремленных действий. И никакие мостики - насколько мы можем судить сегодня - не соединяют эти два мира".

Л. фон Мизес. "Человеческая деятельность", глава "Человеческая деятельность как конечная данность".

Тут Мизес элементарно неправ, тем не менее его заблуждение разделяют многие, в том числе и те, кого я читаю во френденте.

Последний живой пример - ремарка kuznetsov здесь:

"понятие доказанного утверждения, при ближайшем рассмотрении, основано на понятии веры. Так что кружочек получается".

Собственно, это прямое следствие из приведенного положения Мизеса.

ПыСы. Это я "Философию свободы" Р. Штайнера штудирую. Там как раз этот вопрос подробно разъясняется (причем на протяжении нескольких десятков страниц). Читаю с наслаждением.

06:33 pm - Путин: ни рыба, ни мясо, ни закон, ни понятия

Если даже половина информации о криминальной деятельности гражданина Путина - правда, то бедная наша страна. Потому и судебная реформа только в голове и на языке у Медведева. 


 В том же тексте Фельштинского есть интересный пассаж:

...с августа 1991 г. в России существовало беззаконие, причем следует признать, что для атмосферы глобальной анархии, в которую погрузилась огромная страна, уровень саморегулируемого порядка в России следует признать крайне высоким, а не крайне низким, как это кажется на первый взгляд. Население достаточно быстро выработало свой собственный кодекс законов, заменив отмершие старые советские законы "понятиями". Так и осуществлялось российское правосудие на всех уровнях - по понятиям.

Разумеется, сложившаяся система была порочна. Многочисленные центральные и региональные чиновники сочиняли и переделывали законы, решения, постановления и инструкции под себя и своих экономических вассалов и партнеров, преследуя прежде всего свои собственные экономические или политические интересы. Иногда закон издавался под конкретную операцию (типа "залоговых аукционов" для приватизации государственной собственности за символические деньги), а затем радикально менялся под условия другой аналогичной операции. При таком состоянии законодательства и правоприменения даже самое безобидное административно-экономическое деяние со стороны чиновника или бизнесмена чтонибудь обязательно нарушало. В то же время зачастую самые явные корыстные экономические и финансовые махинации и аферы не подпадали под прямое нарушение закона и не становились наказуемыми преступлениями.

Основу всех финансовых операций составляли наличные расчеты так называемым "черным налом", нигде не учитываемыми деньгами, в рублях и в иностранной валюте. При полной бесконтрольности финансовых трансакций попытка государства собирать налоги по старинке, опираясь на старое налоговое законодательство, была бессмысленна. А новый налоговый кодекс создан не был. Его просто невозможно было создать в стране дикого, зарождающегося, стремительно развивающегося динамичного капитализма, каковой стала Россия. В результате вся страна со всем ее многомиллионным населением не платила налоги с левого неучитываемого дохода, получаемого наличными деньгами, и стала очевидным нарушителем отсутствующего налогового законодательства.

С 2000 г., с приходом к власти Путина, ситуация изменилась. Законы так и не были созданы, однако система понятий была устранена.

09:17 pm - Карен Свасьян о потемкинском государстве и прочем

В связи с выселением в прошлом году российских философов из их здания.

Здесь.

Оказывается, у него есть и политический задор :)

Понравилось о выдавливании рабства ведрами.

06:07 pm - Соционическое

Моя френдлента вдруг запестрела соционическими тестами и их результатами. Люди - кто с восторгом, кто с любопытством, кто с раздражением на собственную легковерность - узнают, что у них за соционический тип.

Поскольку я сам с этим определился лет пять назад, несколько личных комментариев:

1. Соционику я считаю очень интересной и в принципе правдоподобной концепцией, вокруг которой, тем не менее, наворочено много мути.
2. Вероятность правильного тестирования по одному он-лайн тесту оцениваю как 50/50. Не исключено, что по одному или даже двум параметрам можно ошибиться, а это сразу же другой тип, возможно, "соседний", но другой.
3. Выводам из рекомендаций социоников тоже не стоит доверять на 100%. В частности, отношения с дуалом вовсе не такие безоблачные, как уверяют некоторые энтузиасты соционики. Хотя в конечном итоге вероятность того, что эти отношения наиболее плодотворные, интересные и "нужные" для человека, действительно крайне велика (тьфу-тьфу-тьфу, плюю три раза). Но подводных камней - тысяча и один.
4. Знание соционических типов может сильно помогать в общении с людьми, особенно в работе, при этом сглаживаются острые углы и вырабатывается правильная стратегия и тактика поведения, но содержательного общения и элементарной мудрости оно заменить не может. Хотя, не исключено, что лучше всего способны понимать друг друга тождики.

А вообще, соционика - это очень интересно. Чем больше людей об этом узнают, тем больше шансов разобраться, что в ней истина, а что - шум.

02:04 am - Чудесная история (о тоталитаризме таблицы умножения)

Когда я преподавал философию в Инсбрукском университете, мне пришлось пережить и выстоять студенческую демократию. Это было на семинаре по теории познания. Я говорил о Платоне и неоплатонизме, как вдруг один студент принялся мне возражать. Я попытался в мягкой форме внести ясность, заметив, что его представления о теме произвольны и что, прежде чем рассуждать о Платоне, неплохо бы почитать Платона. Реакция оказалась острой. Он сказал, что таково его мнение. На что мне пришлось напомнить ему, что мнения свои он волен высказывать где угодно, но только не здесь, в университетской аудитории, в которой (по крайней мере в отведенные мне часы преподавания) мнениям нет места, а есть место знаниям, или если мнениям, то таким, в основе которых лежат знания. Не думает же молодой человек, что на экзамене мне вдруг пришло бы в голову оценивать его мнения! После этого стало вдруг тихо, и он обвинил меня в тоталитаризме. С чем я охотно и согласился, призвав его тут же проверить свою оценку на таблице умножения, тоталитаризм и нетолерантность которой возмутительны сверх всякой нормы. Мне потом сведущие коллеги сказали, что мне повезло, потому что у большинства студентов было, очевидно, хорошее настроение и им, вероятно, пришелся по душе чудак-профессор, осмелившийся им перечить. Это невероятно, но большинство профессоров боятся студентов и заигрывают с ними.

(Интервью К. Свасьяна)